как это работает? добавить свою RSS
Мы переехали на новый сайт: best-hands.info
1 2 ... 2599 2600 2601 2602 2603 2604 2605 2606 2607 2608 2609 2610 2611 2612 2613 2614
Весной выйдет книга Весной выйдет книга

Весной выйдет книга

Издательство "Махаон" (или группа изд-в "Аттикус, еще не знаю) называться будет предположительно "Приключения Десперо", но это предположительно. Во всяком случае имя Десперо в названии будет.

29.12.2007 смотреть >>
новый медведь. новый медведь.

новый медведь.

все делают огненных крыс, а я зеленых медведей!

27.12.2007 смотреть >>
Медовый мишка Медовый мишка

Медовый мишка

этот заказной:

14.12.2007 смотреть >>
Рита Шмидт Кто Угодно Рита Шмидт Кто Угодно

Рита Шмидт Кто Угодно

" Рита Шмидт Кто Угодно " по повести Юрия Буйды, из книги "Прусская невеста". Из архива моих литературных исканий: «Дружба Народов» 1999, №9 " Где не выходят газеты. . . (Ю. Буйда. Прусская невеста. М. : НЛО, 1998)" Я вспомнил эту давнюю поездку в бывший прусский Тильзит, теперь зовущийся Советском, прямо с первым рассказом Буйды из новой книги. Был тогда, лет тридцать назад, в Советске недолго знаменитый театр, и Ленинградское ВТО собрало молодых театральных критиков, в которых я тогда ходил, поглядеть и обдумать это нежданное явление на краю отечественной географии. Нам показали шиллеровских “Разбойников” и “Лес” Островского. Чудо известности разъяснилось. . . Оно было в том, что театр слыхом не слыхал о времени за окном и жил внутри текста как в единственной реальности. “Разбойники” были вполне сверстниками Шиллера, а Аркашки Счастливцев и Несчастливцев — детьми провинциальной антрепризы минувшего века. Время осталось “за границей” этой умозрительной земли, жители которой все до одного были привезены сюда из чужих краев и еще не успели нажить здесь ни могил, ни памяти. Утром я выглянул в окошко гостиницы и увидел, как старушка бережно несет серединой улицы огонек павлиньего пера, словно боится, как бы его не задул ветер. Через полчаса такой же точно огонек пронесла другая старушка. Я пошел к истоку этого павлиньего ручья и вышел на базар, где по случаю воскресного дня торговали последними уж, наверно, остатками прусских чудес, которые еще дотлевали по шкафам и комодам в одну ночь выселенной страны. Немецкие мундиры, серебро и фарфор разобщенных сервизов, бедные гобелены, бронзовые дверные ручки. А один бедняга безнадежно обнимал у ворот неизвестно к чему могущий пригодиться самолетный винт. Вместе с только что виденными на улицах, все проступающими на стенах немецкими надписями, вместе с не знающим времени театром, этот базар разом уносил в какое-то кинематографическое или словесное пространство, словно в чудесно выполненную декорацию, которая выключала человека из исторических забот, оставляя в каких-нибудь вечных 40-х или начале 50-х. . . Юрий Буйда родом оттуда, из этой “умозрительной” земли, и оттуда же родом его счастливый, несчастный, печальный, иронический, любящий дар. Он отлично понимает эту связь и без недомолвок объясняется с читателем: “Там, где я родился, тени и тайны принадлежали чужому миру, канувшему в небытие”, и потому “я не знал иного способа постижения этого мира, кроме сочинения этого мира”. Мир надо было обжить, чтобы было на что опереться. Ему надо было дать имя и воскресить его мифологию, чтобы жизнь обрела даль, чтобы пространство заселилось временем. И Буйда сделал это с такой щедростью, изобретательностью, счастливым чувством полета, что если судьба занесет теперь нас ненароком в его Знаменское-Велау, мы сразу узнаем и его географию, и каждого жителя, как если бы мы приехали в гоголевскую Диканьку, в фолкнеровскую Иокнапатофу или воровскую Одессу Бабеля, где всяк человек нам ведом по имени и где стоит один неизменный день, будничная вечность, вмещающая рождение, любовь и смерть, как неустанный шаг на месте, но странно все время вперед, именуемый жизнью. И что это за население! Бросился было выписывать поименно и спохватился: чего это я — они же все идут за гробом легендарной старухи Буянихи. Всех-то не позовешь, неудобно отвлекать от кладбищенской процессии, но лучших, но главных как не окликнуть, тем более, что они и до “Чуда о Буянихе” и после него проживут в книге каждый свою судьбу. Так вот там шли: Вилипут, Красавица Му, Хитрый Мух, По Имени Лев, Прокурор, Мороз Морозыч, Веселая Гертруда, Миленькая и Масенькая с Мордашкой на руках, Зойка-с-мясокомбината, Феня из Красной столовой, бабушка Почемучето с громко тикающим будильником в ридикюле, солдат Маруся со своими прелестными детьми и много еще славного народа. Это не клички — это удостоверение подлинности, это знак принадлежности к мифу и житию. Это называние сущности, которая за именем, так что если эта сущность ускользала, то человека пропускали мимо ушей, потому что “такой человек заслуживал лишь того имени, что значилось в его паспорте”, то есть попросту был анонимен. Легко было счесть это озорством разыгравшегося дара, пирующей фантазии (не зря Буйда, а он и себе посвятит главку, где реальность висит на волос-ке, — это “рассказчик, лжец, фантазер”, так что ему и клички не надо), но, кажется, дело потоньше. Тут за недостатком исторического времени нынешняя реальность пишется заодно с мифологией, бедная реальная жизнь добрых людей вместе с их “Илиадой”. И время спрессовывается и закаливается до вечности, так что, возвратись теперь домой прежние прусские жители, они разобьются о стену обжившегося тут без них, кажется, от века бывшего нового предания со своими призраками и легендами. Ну и то еще не забудешь, что ведь никуда не делись и прежние призраки и легенды, что земля не бывает пустой, особенно такая древняя и устойчивая, как доставшаяся нам тогда Пруссия — “чужая земля, засеянная чудесами, выраставшими в чудовищ”. Сны и предания не уезжают с выселенным народом, потому что более привязаны к месту и наполняют прозу Буйды и жизнь его героев своими тайными отблесками, волшбой и сглазом, безумием и восторгом. Поневоле согласишься с одним из его старых героев, что “факты умирают, вечно лишь предание. Если угодно — ложь. Вот ее не оспоришь. Только идиоту придет в голову выяснять, на самом ли деле этот парень из Ламанчи сражался с мельницами”. Этот “парень” тут тоже мелькнул не зря — он как Гоголь, как Фолкнер, как Генри Джеймс, как епископ Беркли, кого автор называет и о ком умалчивает — из предшественников этой прозы. Как и цитаты из Рильке или Гете, как бормотания безумной старухи “Зейд умшлюнген миллионен”, мелькающие из рассказа в рассказ, пока ты не поймешь, как мир надругался над обнимающимися шиллеровскими миллионами и вместе с тем как в этих же словах оставил им надежду. Это умная проза о здоровых обыкновенных людях, которых, как слабее всего привязанный в своей прежней земле сор, снесло сюда послевоенное историческое половодье. Они все по воле автора не без тайного Босха внутри, но тоже не от простого произвола фантазии, а оттого, что автор силою и мудростью настоящего дара знает, что “поверхность” человека обманчива и что достаточно его “паспортные данные” возмутить любовью и смертью, как сквозь них проступит тайна и страсть, счастье и безумие, мечта и преступление. Он не выдумывает, он прозревает существо жизни своих героев, тот небесный свет игры, который, если фантазию отпустить далее должного, может обернуться тьмой противоположной небу стороны, как происходит в рассказах “Красавица Му” или “Тема быка, тема льва”, где уж подлинно начинает клубиться тьма фаустовского Брокена. Но в большинстве сочинений он с любовью и печалью глядит, что история делает с людьми, как она увечит и разлучает их, и, как всякий русский художник, сопротивляется ей, напоминая нам о счастливом мире, в котором царят другие законы, сияет другой день и не познанная историей молодая вечность. Его бедные герои и сами не слышат в себе вечности, обманываясь общей суетой, но он застает их как раз в то мгновение, когда власть времени прерывается и они проваливаются в зазор мира, “где не выходят газеты”. И тогда становится неистово подробен, как в “Чуде о Буянихе”, “Вилипуте из Вилипутии” или “Рите Шмидт Кто Угодно”, потому что ничего нельзя опустить из опасения соврать перед Богом, повредить героям на их последнем пороге, в главном их предстоянии, где каждое “показание” проверяется на просвет. Даже сам их ужасающий быт озаряется как при вспышке молнии и оказывается в осмысленной неизбежности и полноте таинственно родственен невыносимой мечте, так что вместе с автором мы будто внезапно обессиливаем и не знаем, “какой же язык нужен, чтобы поведать эту правду — и не умереть? Земной? Небесный? Живой? Мертвый? Прекрасный, как музыка? Или такой же ужасающий, как музыка?” Что ответить? Он сам знает. Нужен язык любви. И он жадно и бережно внимателен к каждому и, кажется, переписал всех жителей малого своего городка и любит их именно такими, каковы они есть, — храбрыми и ничтожными, святыми и лживыми. Это Твой мир, Господи. Тебе его и судить, а мне дивиться неисчерпаемости человека и успеть пожить с каждым и понять, что в человеке нет случайного, потому что каждого несет неумолимая судьба, в которой любовь и смерть кажутся именем одного явления, хотя бы смерть казалась нечаянной, а любовь грубой, как насилие. И вот уж кто любит сюжет, нянчит его, наслаждается им, и сюжет благодарно цветет неприятной Клеху тончайшей психологией, спасает героев и автора и опять убеждает, что мир насквозь сюжетен и его надо только верно прочесть и что дело не в оружии, а в том, в чьих оно руках. И опять вспоминаешь как впервые давно известную, но все забываемую правду, что при настоящей ответственности художника перед Богом и миром литература — есть единственно настоящая жизнь, беловик Божьего замысла о человеке, а фантазия — лишь другое имя проницательной правды. Конечно, я немного обманываю себя, останавливаясь на одной лучшей стороне прозы Буйды. По началу статьи видно, что я и этой книги ждал с тревогой, потому что знал прежние работы прозаика, да и тут успел наудачу раскрыть один из рассказов еще до обстоятельного чтения и наткнулся как раз на темнейший — на “Красавицу Му”. Но душа устает от зла и сама бессознательно ищет врачующего света, загораживая спиной дурные страницы, чтобы тем ярче сияли светом преодоленного страдания лучшие. Это преодоленное страдание здесь есть, и это главное, тогда как И. Клех при внешне близком подходе к литературе и миру еще слишком много времени проводит перед зеркалом, а Павлов никак не изживет страшной обиды юности и никак не увидит неба, которое одно удерживает мир в равновесии. А все они вместе, не сговариваясь, написали болезненный портрет жизни, вынесенной историческими сквозняками посреди милой Родины во что-то непоправимо чужое, жизни, страдающей среди этого чужого и приноравливающейся к нему у каждого художника по-своему. Вот, может быть, это и мерещилось тем своим, которое узнавалось даже в досадных душе текстах — это чувство ссылки и непопадания в интонацию жизни, будто и сам, не выходя из дому, оказался в чужой земле. А если все-таки не развилось это насильственное, навязанное временем сиротство в ожесточение, то потому, что душа успела накопить спасительных воспоминаний, и потому, что она успела коснуться чуда не рефлектирующей жизни до вопроса о смысле этой жизни. И уж Бог даст, не разовьется, потому что “жизнь — толковательница Слова” все не устает терпеливо подсказывать, что она есть нечто “действительно совершаемое” и что жить навсегда и вовеки “важнее, чем знать”. И в этих, таких разных, книгах, страдая и мучаясь, раня, а то и оскорбляя читателя, мысль все-таки исподволь клонится туда же, туда, в родную русскую сторону — жить, не забывая о родстве слова и Слова. Псков

12.12.2007 смотреть >>
новые медведи, которые должны были уехать в москву, но не уехали новые медведи, которые должны были уехать в москву, но не уехали

новые медведи, которые должны были уехать в москву, но не уехали

вместе (ноги у зеленой не кривые - просто так она стояла в момент съемки, а я в это время не только фотоаппарат держала в руке, но и пыталась причесаться. потому и не доглядела!) не хватает деталей и частей одежды, но я спешила, три дня -три медведя. зато теперь времени ашш до апреля - шляпку и букетик для розовой; шляпку и игрушку для зеленой; кепку, джинсовый комбинезон и что-то в лапу - для коричневого. уж разгуляюсь. . :) но если вдруг кто-нибудь завтра-послезавтра едет в москву, вы уж скажите, пожалуйста. . . я попытаюсь вас уговорить взять их с собой и передать.

28.11.2007 смотреть >>
ДОМ ДЕТЕЙ. . . ДОМ ДЕТЕЙ. . .

ДОМ ДЕТЕЙ. . .

ничего писать не хочу. просто хочу поделиться…

20.11.2007 смотреть >>
и снова медведь и снова медведь

и снова медведь

цвет получился путем смешивания двух красок для волос и одного оттеночного бальзама) на этом я с медведями останавливаюсь. пора бы и куклами заняться) до сих пор еще не решила - ехать ли на салон в этом году или снова заняться самокритикой и сидеть дома. . . но в любом случае сделаю пару кукол. даже если потом постесняюсь их везти. )

11.08.2007 смотреть >>
Колье "Сердечное" Колье "Сердечное"

Колье "Сердечное"

Колье "Сердечное" Праздничное, Гламурное и Эффектное колье! Блеск металла, бусин и бисера, Яркая сочность Многоцветия! 500р. Пересылка в другой город по предоплате.

11.02.2007 смотреть >>
В продолжении "Конфетно-Амурной "Серии Cерьги "Волшебно-Притягательные" В продолжении "Конфетно-Амурной "Серии Cерьги "Волшебно-Притягательные"

В продолжении "Конфетно-Амурной "Серии Cерьги "Волшебно-Притягательные"

Ну оочень Ярко! Крупные и Яркие, для Экстравагантной Барышни! 500р. Размер можно сравнить по сравнительному фото(с монеткой ) Материал:Пластик, бисер, бусины, проволока, нити, мет. фурнитура. Внимание!Отправка в другой город-по предоплате.

05.02.2007 смотреть >>
КОнфетно-Амурное настроение КОнфетно-Амурное настроение

КОнфетно-Амурное настроение

" Конфетно-Амурное Настроение". . . . . . . Разноцветные и Мерцающие, Яркие и. . . . аппетитные! 300р. Материал:Пластик, мет. фурнитура, бисер, проволока. Длина с крючком около 9 см. Отправка по почте(с предоплатой). Стоимость пересылки около 100р. Пересылаю 1 классом(ускоренная пересылкка).

02.02.2007 смотреть >>
Свежачок Свежачок

Свежачок

Комплект. Кулон и Серьги Материал:Пластик, бисер, бусины, проволока, мет. фурнитура, перья. Длина шнура у кулона 24 см(48). Длина кулона около 12 см. Длина серёжек около 12см. вместе с крючком. 700р. Возможна отправка почтой. Только с предоплатой. Стоимость пересылки по почте 100р. http://www. chudnye. spb. ru/">

30.01.2007 смотреть >>
Боевая шубка Боевая шубка

Боевая шубка

1991год остальные картинки в kidpix выложила aurinkoinen

19.12.2006 смотреть >>
Подушка для автомобиля Подушка для автомобиля

Подушка для автомобиля

Я сделала подушку для автомобиля в подарок моему хорошему знакомому - большому любителю дорогих брендов и хороших машин))) Подушка из натуральной кожи в технике печворк. 40*40см Ещё пара снимков с деталями. . .

06.08.2006 смотреть >>
Одеяла в технике печворк Одеяла в технике печворк

Одеяла в технике печворк

Эти одеяла я сделала много-много лет назад. Но они хранят тепло моих рук, поэтому я хочу показ ать их вам. Это о деяло сделано более чем из тысячи кусочков. Размер 2, 00*1, 6м. Одеяло и подушки в акварельной технике. Размер 2, 00*1, 5м. Маленькое одеяльце сделано на день рождения моей племянницы. Размер 1, 20*0, 8м.

05.05.2000 смотреть >>
Косплей Руфуса Бармы Косплей Руфуса Бармы

Косплей Руфуса Бармы

Хозяин: Christian Schuldig Персонаж: Руфус Барма Фэндом: Pandora Hearts Изготовлено: апрель 2010 Состоит из: - плаща на подкладе (белая джинса, золотая бейка, аппликации из замши) - внутрених рукавов - жабо - накладок на обувь Оригинал:

01.01.1970 смотреть >>
Косплей Принцессы Косплей Принцессы

Косплей Принцессы

Хозяйка: Nemuro Персонаж: Принцесса Фэндом: игра Atlantica Online Изготовлено: октябрь 2010 Состоит из: - юбки из костюмной ткани на подкладе их хлопка-сатина, со вставками из капрона, бифлекса и отделкой из кожзама, шнуров и страз - лифа-фрака из аналогичных материалов - рукавов из кожзама и капрона - воротника из кожзама с отделкой стразами - ободка из пластика и страз с розой из шифона на желатине - элемента доспеха на передней части лифа Оригинал:

01.01.1970 смотреть >>
Белое платье Химавари Белое платье Химавари

Белое платье Химавари

Хозяйка: [Killer] Персонаж: Химавари Фэндом: xxxHolic (CLAMP art) Изготовлено: май 2011 Состоит из: - кринолина на 5 колец, подтянутого кверху, нижней юбки с оборками из сетки, нижней юбки из сорочечной ткани - декоративной нижней юбки из гипюра с отделкой кружевом по нижнему краю - верхней юбки из вискозы с оделкой косой бейкой - лифа и рукавов, из вискозы, гипюра и хлопка на подкладе, с отделкой кружевом и бейкой; лиф на металлических костях, застежка на молнию - банта с аппликациями - повязки на шею из кружева и лент Оригинал:

01.01.1970 смотреть >>
новоее-е-е новоее-е-е

новоее-е-е

Подумалось мне тут, что в обычный лак можно добавить пигмента Pearl Ex (кто не знает - это мельчайшая пыль из маленьких блесточек). Со временем удалось воплотить эту задумку и вышел весьма интересный эффект - бусины чуть более матовые внутри, и по-прежнему глянцевые снаружи, а на солнышке мерцают маленькими сине-бело-розовыми блесточками. А еще, я купила себе поляризационный фильтр (ибо если обычные бусины хоть как-то удавалось сфоткать и хорошенько зафотошопить, чтобы не было бликов, то вот эти с пигментом - просто нереально сфоткать хорошо)! Это фильтр - солнечные очки для фотика)))) Штука очень клевая, убирает блики со стекла и блестящих поверхностей типа витрин, стекла, моих бусин (не все, но основные, которые сильно портят внешний вид на фото), убирает "беловатый налет" с предметов, делая цвета насыщенными и сочными, делает фото более насыщенным на солнышке и т. д. . Рекомендую, кому нужно (: А теперь пара фоток. Вот тут более-менее видно, чем различаются бусины с прозрачным и «пигментным» покрытием.

01.01.1970 смотреть >>
1 2 ... 2599 2600 2601 2602 2603 2604 2605 2606 2607 2608 2609 2610 2611 2612 2613 2614
дизайнерские штучки своими руками
дизайнерские украшения

Теперь у нашего проекта появился баннер!

дизайнерские штучки

Best-hands.ru - новинки дизайнерских блогов. Штучки ручной работы
добавить в закладки список лент *

разработка сайта
Рецепты Рекламы
*Все публикуемые материалы взяты с открытых ресурсов и имеют прямые ссылки на первоисточник.
Если Вы автор публикуемой ленты и не хотите участвовать в проекте, напишите адрес ленты и причину отказа.